Ст 25 конституции российской федерации

Статья 25 Конституции Российской Федерации

Последняя редакция Статьи 25 Конституции РФ гласит:

Жилище неприкосновенно. Никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения.

Комментарий к Ст. 25 КРФ

Неприкосновенность жилища представляет собой одну из основных гарантий предусмотренного частью 1 ст. 23 Конституции права на неприкосновенность частной жизни. Именно такое значение может быть придано этому правовому институту, исходя из положений п. 1 ст. 17 Международного пакта о гражданских и политических правах, указывающих на необходимость обеспечения неприкосновенности жилища в одном ряду с обеспечением невмешательства в личную и семейную жизнь человека, с защитой его чести и репутации, с охраной тайны его корреспонденции.

Таким образом, трактовка используемого в комментируемой статье понятия «жилище» в значительной мере определяется содержанием именно означенного круга правоотношений. В этой связи нельзя не заметить, что термин «жилище» в ст. 25 и 40 Конституции используется для обозначения понятий хотя и совпадающих в значительной своей части, но все же не тождественных. В законодательстве дефиниция понятия «жилище» отсутствует, при том что в отдельных законодательных актах раскрываются такие понятия, как «жилое помещение», «жилищный фонд», «место жительства». О жилище же как объекте незаконного вторжения, пожалуй, наиболее полно было сказано в Постановлении Пленума Верховного Суда СССР N 11 от 5 сентября 1986 г. «О судебной практике по делам о преступлениях против личной собственности», с изм. от 30 ноября 1990 г. (БВС СССР. 1986. N 6; Ведомости СССР. 1991. N 2), которое, несмотря на происшедшие после его принятия изменения в законодательстве о преступлениях против собственности, не утратило своего значения. Как указывалось в этом Постановлении, под жилищем следует понимать помещение, предназначенное для постоянного или временного проживания либо пребывания людей (индивидуальный дом, квартира, комната в гостинице или в общежитии, дача, садовый домик, туристская палатка и т.п.), а также те его составные части, которые используются для отдыха, хранения имущества либо удовлетворения иных потребностей человека (балкон, веранда, кладовая и т.п.). Оценка режима того или иного помещения как жилища не меняется от того, что оно одновременно используется его собственником или нанимателем в качестве рабочего кабинета (офиса) либо производственного помещения (например, для занятия частной юридической либо зубоврачебной практикой). Именно такая позиция была высказана Европейским судом по правам человека, констатировавшим в Постановлении от 16 декабря 1992 г. по делу «Нимитц против Германии», что профессиональной деятельностью можно заниматься в жилище, тогда как в служебных помещениях можно заниматься деятельностью, не связанной по своей сути с выполнением профессиональных функций. Исходя из этой правовой позиции, ЕСПЧ в названном Постановлении признал нарушающим право на неприкосновенность жилища проникновение в офисное помещение, занимаемое адвокатом*(2).

Столь же расширительное толкование понятия «жилище» («жилое помещение») как объект посягательства на его неприкосновенность и тем самым как объект посягательства на тайну частной жизни было дано и в ряде других решений ЕСПЧ, в которых жилищем признавались цыганские кибитки, принадлежащие собственнику производственные, включая складские, помещения и т.д.

Устанавливаемые комментируемой статьей гарантии неприкосновенности распространяются как на само жилище, так и на все предметы и документы, находящиеся внутри него, а также на всю информацию, которая в этом помещении хранится или передается.

Конституция, гарантируя неприкосновенность жилища, устанавливает вместе с тем запрет на проникновение в жилище помимо воли проживающих в нем лиц, из чего можно сделать вывод, что нарушение неприкосновенности жилища может быть связано не только с проникновением в него, но и с иными действиями государственных органов, организаций, должностных лиц и граждан (например, с поджогом жилого дома). При этом как те, так и другие действия не могут расцениваться как нарушение конституционного права на неприкосновенность жилища, если они направлены на обеспечение реализации прав и законных интересов граждан, являющихся собственниками данного жилого помещения, либо зарегистрированных в нем, либо принудительно вселенных в это помещение по решению суда.

Проникновение в жилище означает открытое или тайное вторжение в него с целью проживания или в иных целях лиц, которые по закону не вправе находиться в нем помимо воли проживающих лиц. Это вторжение может выражаться как в физическом вхождении постороннего в жилище (или в отказе покинуть его), так и в забрасывании в жилое помещение различных предметов, установлении в нем технических средств, позволяющих вести прослушивание ведущихся там разговоров или визуальное наблюдение за происходящими событиями, и т.д. Нарушение неприкосновенности жилища будет иметь место и в тех случаях, когда с помощью современных технических приспособлений, установленных за пределами жилища, ведется наблюдение за тем, что происходит внутри него.

Нарушение неприкосновенности жилища в зависимости от его характера и порожденных последствий может влечь для виновных в этом лиц наступление дисциплинарной, административной или даже уголовной ответственности. В частности, согласно ст. 139 УК, незаконное проникновение в жилище, совершенное против воли проживающего в нем лица, подлежит наказанию вплоть до трех лет лишения свободы.

Вместе с тем действующее законодательство предусматривает ряд ситуаций, в которых проникновение в жилище помимо воли проживающих там лиц признается правомерным.

Во-первых, правомерно проникновение в жилище, предпринятое в целях предотвращения или устранения стихийно возникшей опасности для проживающих там людей или для иных граждан (прежде всего соседей). Необходимость в таком проникновении может возникать при пожарах, наводнениях, утечке газа, повреждениях электропроводки или водоснабжающих коммуникаций и т.п. и в правовом отношении основывается прежде всего на общих законодательных положениях о причинении вреда в состоянии крайней необходимости (в частности, ст. 39 УК, ст. 2.7 КоАП, ст. 1067 ГК). Наряду с этим в ряде законодательных актов содержится специальная регламентация ситуаций, связанных с вынужденным проникновением в чужое жилище. В частности, пункт 18 ст. 11 Закона РФ от 18 апреля 1991 г. «О милиции» (Ведомости РФ. 1991. N 16. ст. 503) предоставляет милиции право беспрепятственно входить в жилые и иные помещения для обеспечения личной безопасности граждан и общественной безопасности при стихийных бедствиях, катастрофах, авариях, эпидемиях, эпизоотиях и массовых беспорядках, угрозе совершения преступления.

Проникновение в жилище работников технических служб для устранения различных неполадок, представляющих опасность для жилого помещения или других граждан, как правило, должно осуществляться в присутствии должностных лиц соответствующих жилищных органов или собственника жилого помещения. Однако понятно, что, скажем, при пожаре или затоплении соблюдение таких требований может оказаться крайне затруднительным, если вообще реальным.

Во-вторых, закон признает допустимым принудительное проникновение в жилище в целях выявления, пресечения, раскрытия преступления или для обнаружения лица, скрывающегося от следствия и суда. Так, согласно п. 18 и 24 ст. 11 Закона «О милиции» сотрудники милиции вправе беспрепятственно входить в жилые и иные помещения граждан, на принадлежащие им земельные участки и осматривать их при преследовании лиц, подозреваемых в совершении преступлений, либо при наличии достаточных данных полагать, что там совершено или совершается преступление; они могут осматривать места хранения огнестрельного оружия, боеприпасов к нему. Право беспрепятственно входить в жилые и иные принадлежащие гражданам помещения в случае, если имеются достаточные данные полагать, что там совершено или совершается преступление, а также в случае преследования лиц, подозреваемых в совершении преступлений, если промедление может поставить под угрозу жизнь и здоровье граждан, предоставлено и органам федеральной службы безопасности (п. «з» ч. 1 ст. 13 ФЗ от 3 апреля 1995 г. «О федеральной службе безопасности»//СЗ РФ. 1995. N 15. ст. 1269; в ред. от 27 июля 2006 г.).

Ограничение конституционного права на неприкосновенность жилища допускается, согласно ч. 2 ст. 8 ФЗ от 12 августа 1995 г. «Об оперативно-розыскной деятельности» (СЗ РФ. 1995. N 33. ст. 3349), при проведении на основании судебного решения оперативно-розыскных мероприятий в связи с информацией о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, по которому производство предварительного следствия обязательно; о лицах, подготавливающих, совершающих или совершивших противоправное деяние, по которому производство предварительного следствия обязательно; о событиях или действиях, создающих угрозу безопасности Российской Федерации. Причем в случаях, которые не терпят отлагательства и могут привести к совершению тяжкого преступления, а также при наличии данных об угрозе безопасности Российской Федерации соответствующие оперативно-разыскные мероприятия могут быть проведены и на основании мотивированного постановления одного из руководителей органа, осуществляющего оперативно-разыскную деятельность, с обязательным уведомлением суда (судьи) в течение 24 часов. В течение 48 часов с момента начала проведения оперативно-разыскного мероприятия орган, его осуществляющий, обязан получить судебное решение о проведении такого оперативно-разыскного мероприятия либо прекратить его проведение.

Уголовно-процессуальный закон предусматривает возможность принудительного проникновения в жилище для выполнения целого ряда следственных и иных процессуальных действий: осмотра места происшествия или помещения, обыска, выемки, наложения ареста на имущество (ст. 115, 176, 182, 183 УПК).

Такие действия будут укладываться в конституционно установленные рамки лишь при условии, что осуществляются они в строгом соответствии с установленными в законе основаниями и порядком. В частности, их проведение возможно только по возбужденному уголовному делу (кроме случаев осмотра жилища, являющегося местом совершения преступления) и лишь на основании судебного решения (п. 4, 5, 9 ч. 2 ст. 29 УПК). В таком же порядке вхождение в жилище должно осуществляться и при необходимости производства в нем любых других следственных действий: допроса, опознания, следственного эксперимента и т.д., хотя прямо об этом в законе не говорится. Но, как представляется, определяющим в этом вопросе должно быть не столько содержание того или иного следственного действия, сколько то, что это действие сопряжено с ограничением права на неприкосновенность жилища.

В случаях, не терпящих отлагательства, указанные действия могут быть совершены и без судебного решения на основании постановления следователя или дознавателя, но с обязательным уведомлением об этом в течение 24 часов прокурора, начальника следственного подразделения и суда; судья же в течение 24 часов с момента получения уведомления о произведенном процессуальном действии, сопряженном с проникновением в жилище, обязан принять решение о его законности или незаконности и, соответственно, о допустимости или недопустимости доказательств, полученных в результате такого действия (ч. 5 ст. 165 УПК).

В-третьих, законным признается и такое принудительное проникновение в жилище, которое вызывается необходимостью обеспечить исполнение судебных решений по уголовным и гражданским делам, а также иных актов. Право судебных приставов-исполнителей входить в помещения, занимаемые гражданами, в случаях если это необходимо для обеспечения исполнения судебного решения, в частности о наложении ареста на имущество, об изъятии определенных предметов, о принудительном выселении, лишении родительских прав, об отобрании ребенка и др., предусматривается пунктом 2 ст. 12 ФЗ от 21 июля 1997 г. N 118-ФЗ «О судебных приставах» (СЗ РФ. 1997. N 30. ст. 3590) и статьей 39 ФЗ от 21 июля 1997 г. N 119-ФЗ «Об исполнительном производстве» (там же. ст. 3591).

Специфические гарантии неприкосновенности жилища предусмотрены действующим законодательством в отношении отдельных категорий лиц, чья деятельность, будучи сопряженной с повышенным профессиональным риском и особой ответственностью, нуждается в особом обеспечении.

В соответствии со ст. 19, 20 ФЗ от 8 мая 1994 г. (с изм. и доп.) «О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» член Совета Федерации и депутат Государственной Думы в течение всего срока их полномочий обладают неприкосновенностью, которая распространяется в том числе и на их жилое помещение. Конституционный Суд, проверяя по запросу Президента конституционность вышеуказанной нормы, отметил в Постановлении от 20 февраля 1996 г. N 5-П (СЗ РФ. 1996. N 9. ст. 828), что, по смыслу ст. 98 Конституции в соотнесении ее со ст. 22-25, неприкосновенность парламентария не ограничивается только его личной неприкосновенностью и, следовательно, без согласия соответствующей палаты Федерального Собрания неприкосновенность занимаемых депутатом жилых и служебных помещений не может быть нарушена В силу этого Постановления обыск и иные следственные действия, сопряженные с ограничением неприкосновенности жилища, могут быть произведены лишь после получения на то согласия Совета Федерации или Государственной Думы.

Несколько иные условия, при которых возможно законное проникновение в жилое помещение судьи, предусматриваются Законом РФ от 26 июня 1992 г. «О статусе судей в Российской Федерации» (Ведомости РФ. 1992. N 30. ст. 1792; с изм. и доп.). Согласно п. 6 ст. 16 Закона, оно допускается при условии соблюдения Конституции и только в связи с производством по уголовному делу в отношении этого судьи.

Статья 25 Конституции России

Текст Ст. 25 Конституции РФ в действующей редакции на 2018 год:

Жилище неприкосновенно. Никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения.

Комментарий к Ст. 25 Конституции Российской Федерации

В российском гражданском законодательстве, в отличие от уголовного (ст. 139 УК РФ «Нарушение неприкосновенности жилища»), не раскрывается понятие «жилище», однако дано определение «жилое помещение», которым признается изолированное помещение, являющееся недвижимым имуществом и пригодное для постоянного проживания граждан, т.е. отвечающее установленным санитарным и техническим нормам и иным требованиям законодательства (ч. 2 ст. 15 ЖК РФ).

К жилым помещениям*(108) относятся (ст. 16 ЖК РФ): жилой дом и его часть, квартира и ее часть, комната вместе с вспомогательной площадью (кухня, коридор, ванная комната, прихожая и т.п.), другие объекты жилого дома (лифт и лифтовое хозяйство, иное инженерное оборудование). Общая площадь жилого помещения состоит из суммы площадей всех частей этого помещения, за исключением балконов, лоджий, веранд и террас. Жилым домом признается здание (самостоятельный объект), которое состоит из комнат, помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком здании.

Квартирой признается структурно обособленное помещение в многоквартирном доме, обеспечивающее возможность прямого доступа к помещениям общего пользования и состоящее из одной или нескольких комнат, помещений вспомогательного использования, предназначенных для удовлетворения гражданами бытовых и иных нужд, связанных с их проживанием в таком обособленном помещении.

Комнатой признается часть жилого дома или квартиры, предназначенная для использования в качестве места проживания граждан в жилом доме или квартире. Жилое помещение предназначено для проживания граждан (ст. 17 ЖК РФ).

Право на неприкосновенность является одним из трех видов неприкосновенности гражданина (наряду с неприкосновенностью частной жизни и личной неприкосновенностью), установленных в конституционном праве, и означает следующее: только в случаях, предусмотренных федеральным законом или установленных вступившим в силу судебным решением, можно войти в квартиру или иное жилище против воли проживающих в нем лиц*(109).

Согласно ст. 17 Международного пакта о гражданских и политических правах, никто не может подвергаться произвольным или незаконным посягательствам на неприкосновенность жилища. В соответствии с Европейской конвенцией о защите прав человека и основных свобод*(110) каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Федеральные органы государственной охраны в целях осуществления государственной охраны имеют право: беспрепятственно входить в жилые и иные принадлежащие гражданам помещения и на принадлежащие им земельные участки, на территории и в помещения организаций независимо от форм собственности при пресечении преступлений, создающих угрозу безопасности объектов государственной охраны, а также при преследовании лиц, подозреваемых в совершении таких преступлений, если промедление может создать реальную угрозу безопасности объектов государственной охраны. Обо всех случаях вхождения в жилые и иные помещения против воли проживающих в них граждан федеральные органы государственной охраны уведомляют прокурора в течение 24 часов (п. 9 ст. 15 Федерального закона от 27 мая 1996 г. N 57-ФЗ «О государственной охране»).

В соответствии с ч. 1 ст. 12 УПК РФ осмотр жилища производится только с согласия проживающих в нем лиц или на основании судебного решения, за исключением случаев, предусмотренных ч. 5 ст. 165 УПК РФ. В исключительных случаях, когда производство осмотра жилища, обыска и выемки в жилище, а также личного обыска не терпит отлагательства, указанные следственные действия могут быть произведены на основании постановления следователя без получения судебного решения.

Обыск и выемка в жилище в соответствии с ч. 2 ст. 12 УПК РФ могут производиться на основании судебного решения, за исключением случаев, предусмотренных ч. 5 ст. 165 УПК РФ.

Понятие «проживающие в жилище на законных основаниях граждане» включает в себя лиц, имеющих право собственности или право пользования на законном основании, т.е. при наличии документов, подтверждающих аренду, наем, поднаем жилого помещения и пр. Лица, занимающие жилое помещение противоправно (самовольное заселение построенного жилого дома без ордера, заселение без соответствующего разрешения освободившейся комнаты в коммунальной квартире и т.п.), не имеют права на реализацию предусмотренных комментируемой статьей прав. Незаконным проникновением следует считать не только вхождение в жилище, но и размещение в нем специальных технических средств для аудиовизуального наблюдения, выселение гражданина из законно занимаемого им помещения, временное использование для любых целей жилого помещения в отсутствие его владельца или пользователя жилища и т.п.

Статья 139 УК РФ предусматривает ответственность за нарушение неприкосновенности жилища.

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24 декабря 1993 г. N 13 «О некоторых вопросах, связанных с применением статей 23 и 25 Конституции российской Федерации»*(111), при рассмотрении вопросов о необходимости проникновения в жилище обязывает верховные суды республик, краевые, областные суды, Московский и Санкт-Петербургский городские суды, суды автономной области и автономных округов, военные суды округов, групп войск, флотов и видов Вооруженных Сил принимать к своему рассмотрению материалы, подтверждающие необходимость проникновения в жилище, если таковые представляются в суд. Районные (городские) народные суды, военные суды армий, флотилий, соединений и гарнизонов не могут отказать в рассмотрении таких материалов в случае представления их в эти суды. Указанные материалы представляются судье уполномоченными на то органами и должностными лицами в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством и Законом «Об оперативно-розыскной деятельности». По результатам рассмотрения материалов судьей выносится мотивированное постановление о разрешении провести оперативно-розыскные или следственные действия, связанные с проникновением в жилище, либо об отказе в этом. Если судья не дал разрешения на проведение указанных действий, уполномоченные на то органы и должностные лица вправе обратиться по тому же вопросу в вышестоящий суд.

Статья 25 Конституции РФ

Жилище неприкосновенно. Никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения.

Комментарий к Статье 25 Конституции РФ

1. Право на неприкосновенность жилища относится к личным правам и свободам, призванным обеспечить охрану жизни, свободы, достоинства человека как личности и других прав, связанных с его частной жизнью. Оно обеспечивается тем, что никто не имеет права без законного основания войти в жилище, а также оставаться в нем против воли проживающих в нем лиц*(252).

«Под неприкосновенностью жилища, — пишет П.Ю. Тюрин, — необходимо понимать особое состояние личного, индивидуального и недоступного посторонним места, призванного обеспечить, охранять и гарантировать комфортное проживание, протекание естественно-необходимых процессов, целостность и сохранность информации о частной, интимной стороне жизни лица, его личные и семейные тайны на данной закрытой территории (жилище), а также гарантию от нежелательного их (тайн) поиска и распространения различными незаконными способами и приемами как со стороны любых физических лиц, так и государства, его органов и институтов.

Конституционное право на неприкосновенность жилища — это установленные в Конституции РФ и нормах международного права социальные правомочия человека и гражданина по обеспечению безопасного и комфортного проживания, предусматривающие свободное волеизъявление лица при принятии решения о допуске посторонних в свое жилище (пространственно ограниченное помещение)»*(253). Объем нормативного содержания данного права, от которого в свою очередь зависит его социальная ценность, предопределяется тем, насколько широко истолковываются ключевые для нормы конституционно-правовые понятия «никто» и «жилище».

Обычно комментируемую норму рассматривают как регулирующую отношения между должностными лицами государственных органов и гражданами в целях обеспечения свободы от незаконных обысков. Конкретные гарантии вытекающей из этого сегмента конституционной нормы ст. 25 права граждан содержатся в УПК, Законе о милиции, Законе об ОРД и других нормативных правовых актах. Однако главное социальное благо, которое охраняется с помощью положений ст. 25, — это обособление гражданина, его уединение, выражаемое в связи понятий «жилище» и «проживание». Жилище приобретает особый статус неприкосновенности только в случае проживания в нем гражданина. Наиболее распространенной трактовкой того, что из себя представляет проживание, является то, что это место для сна и отдыха, в связи с чем одним из признаков жилища оказывается наличие в жилище кровати. Однако возможна и иная интерпретация понятия «проживание» — как охватывающего всю жизнедеятельность человека — и сон, и отдых, и приготовление пищи, и труд. Но поскольку в качестве охраняемого социального блага при такой трактовке выступает состояние уединения человека, то в таком случае конституционная норма обязывает не только должностных лиц государства, но и частных лиц воздерживаться от нарушения неприкосновенности жилища. Соответственно, одно частное лицо может обжаловать в суде нарушение своего конституционного права на неприкосновенность жилища действиями другого частного лица. В таком случае основное право ст. 25 опосредует взаимоотношения между частными лицами, создавая прямой горизонтальный эффект. То есть данное право не только выступает в качестве защитного средства от действий государственной власти, но и закладывает основные принципы организации социальной жизни*(254). В связи с этим нельзя исключать возможность действия комментируемой нормы в таких частно-правовых отношениях, как отношения между, к примеру, арендодателем жилья и арендатором.

Вопрос о том, что следует понимать под жилищем, рассматривался Конституционным Судом в Определении от 12.05.2005 N 166-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Котовой Светланы Евгеньевны на нарушение ее конституционных прав пунктом 10 статьи 5 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»*(255). По мнению заявительницы, отсутствие в перечне объектов недвижимости, признаваемых жилищем в п. 10 ст. 5 УПК РФ, расположенных на территории индивидуального домовладения нежилых помещений, конструктивно обособленных от жилого дома, но используемых для обеспечения жизнедеятельности проживающих в нем лиц, обусловило допустимость производства в таких помещениях ее домовладения обыска без судебного решения и повлекло нарушение ее прав, гарантированных ст. 25 и ч. 2 ст. 55 Конституции.

Конституционный Суд пришел к выводу, что в УПК определен судебный порядок получения разрешения на производство конкретных следственных действий в жилище — осмотра, обыска, выемки и др. (ст. 165) — и установлено, что к понятию «жилище» относятся индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение независимо от формы собственности, входящее в жилищный фонд и используемое для постоянного или временного проживания, а равно иное помещение или строение, не входящее в жилищный фонд, но используемое для временного проживания (п. 10 ст. 5).

По смыслу названной нормы, условием отнесения нежилых помещений и строений, не входящих в жилой фонд, к жилищу является факт их использования для временного проживания. Сама по себе данная норма направлена на обеспечение реализации ст. 25 Конституции в сфере уголовно-процессуального законодательства, не исключает гарантии неприкосновенности в отношении хозяйственных построек, находящихся на территории индивидуального домовладения, а потому не может рассматриваться как нарушающая конституционные права заявительницы. Следует отметить, что УК в примечании к ст. 139 содержит практически аналогичное понятие жилища с той лишь разницей, что в УПК используется словосочетание «используемое для. проживания», а в УК — «предназначенное. для проживания». Жилищный кодекс понятия «жилище» не содержит, в нем есть понятия «жилое помещение» и «жилой фонд», которые не идентичны понятию «жилище».

Комментируемая статья находится в системной связи с положениями ч. 1 ст. 27 и ст. 40 Конституции. При определении места жительства гражданина предполагается, что гражданин находится всегда в определенном месте, имеет юридически зафиксированное жилище, которое является для него основным, куда он, после какого бы то ни было длительного отсутствия, намеревается вернуться и основать свое проживание. В Постановлении КС РФ от 14.04.2008 N 7-П*(256) отмечалось, что изменились и критерии (принципы) отнесения строений к жилищному фонду. Конституционно-правовое понятие «жилищный фонд» (ч. 3 ст. 40 Конституции) конкретизируется в ЖК и в подзаконных нормативных актах (ч. 3 ст. 15 и ст. 19 ЖК). В соответствии с Положением о государственном учете жилищного фонда в Российской Федерации, утвержденным постановлением Правительства РФ от 13.10.1997 N 130, государственному учету подлежат независимо от формы собственности жилые дома, специализированные дома (общежития, гостиницы-приюты, дома маневренного фонда, специальные дома для одиноких престарелых, дома-интернаты для инвалидов, ветеранов и др.), квартиры, служебные жилые помещения, иные жилые помещения в других строениях, пригодные для проживания.

В отличие от прежнего порядка государственного учета жилищного фонда, основанного на критерии функционального назначения строения, действующая в настоящее время система государственного учета жилищного фонда, исходя из нового гражданского и жилищного законодательства РФ, основывается на критерии фактической пригодности жилого строения для постоянного проживания и не исключает возможности включения жилых строений на садовых земельных участках, пригодных для проживания, в состав индивидуального жилищного фонда.

Понятие «жилище» содержится в сохраняющем действие постановлении Пленума ВС СССР от 05.09.1986 N 11 «О судебной практике по делам о преступлениях против личной собственности». В соответствии с ним «жилище — это помещение, предназначенное для постоянного или временного проживания людей (индивидуальный дом, квартира, комната в гостинице, дача, садовый домик и т.п.), а также те его составные части, которые используются для отдыха, хранения имущества либо удовлетворения иных потребностей человека (балконы, застекленные веранды, кладовые и т.п.).

Не могут признаваться жилищем помещения, не предназначенные и не приспособленные для постоянного или временного проживания (например, обособленные от жилых построек погреба, амбары, гаражи и другие хозяйственные помещения)».

В силу ст. 25 Конституции комплекс недвижимости, находящийся на земельном участке, принадлежащем собственнику, в который входят непосредственно жилой дом и отдельно стоящие нежилые помещения (сараи и гараж), как огороженная отдельно частная собственность, охраняется режимом неприкосновенности и называется единым понятием «жилище»; на нарушение его неприкосновенности против воли собственника необходимо решение суда. Такая аргументация имеет под собой юридические основания.

Исходя из смысла ч. 2 ст. 262 ГК («Земельные участки общего пользования. Доступ на земельный участок»), огороженный земельный участок со всеми находящимися на его территории постройками является неприкосновенным, так как вход на участок без разрешения собственника не допускается. Неприкосновенность жилища в смысле ст. 25 Конституции тем самым означает прежде всего «физическую» неприкосновенность, т.е. недопустимость физического проникновения без законных оснований в пределы территории, охватываемой понятием «жилище». Что же касается неприкосновенности собственности как конституционно-правового принципа (ст. 35) и принципа гражданского права (п. 1 ст. 1 ГК), то они прежде всего обеспечивают устойчивость, ненарушаемость правового титула собственника.

Европейский Суд по правам человека относит в своих решениях к жилищу помимо жилого дома адвокатскую контору, исходя при этом из того, что вести деятельность, которую можно отнести к профессиональной или деловой, можно с таким же успехом и со своего места жительства и, наоборот, можно заниматься делами, которые не относятся к профессиональной сфере, в офисе или коммерческих служебных помещениях. К жилищу Суд относит также помещения по месту работы, принадлежащие гражданам транспортные средства, цыганские фургоны по признаку проживания в них цыган, что связано с их традиционным образом жизни, а применительно к компаниям — также их торговые помещения, помещения штаб-квартир и местных представительств. Однако земельный участок, на котором планировалось построить дом для последующего проживания в нем, Европейским Судом к жилищу не отнесен.

Практика Европейского Суда по правам человека по вопросам определения критериев для отнесения различного рода помещений к жилищу граждан при ее оценке может, таким образом, характеризоваться как неоднозначная, однако так или иначе названный Суд связывает жилище граждан с использованием либо с намерением использовать такие помещения для личной жизни, для проживания. Такой вывод прямо следует из его постановления от 18.01.2001, в п. 99 которого говорится, что ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод не содержит формулировки права на обеспечение жилищем. Прецедентное право Европейского Суда тоже не признает такого права. Хотя, несомненно, желательно, чтобы каждый имел место, где он мог бы проживать с достоинством и которое он мог бы назвать домом. К сожалению, в Договаривающихся Государствах многие не имеют жилища. Вопрос о том, выделяет ли государство фонды для обеспечения каждого жильем, является политическим вопросом.

2. Проникновение в жилище, нарушающее конституционное право ст. 25, возможно и без физического проникновения. Как указывалось в жалобе И.Г. Черновой в Конституционный Суд, п. 6 ч. 1 ст. 6 Закона об ОРД, предусматривающий наблюдение как одно из оперативно-розыскных мероприятий, противоречит ст. 23-25 Конституции. По мнению заявительницы, при современном уровне развития техники наблюдение за тем, что происходит в жилище гражданина, вплоть до его интимной жизни, возможно и без проникновения в помещение; фактически такое наблюдение равнозначно проникновению в жилище, что является незаконным вторжением в частную жизнь и одновременно — нарушением права на неприкосновенность жилища. Суд не согласился с доводами заявительницы.

В Определении КС РФ от 14.07.1998 N 86-О отмечалось, что в ч. 1 ст. 6 лишь перечисляются виды оперативно-розыскных мероприятий, но не определяются порядок и условия их проведения. Осуществление оперативно-розыскных мероприятий, в том числе наблюдения, возможно лишь в целях выполнения задач, предусмотренных ст. 2 названного Закона, и при наличии оснований, указанных в его ст. 7. Следовательно, указанный Закон не допускает сбора, хранения, использования и распространения информации о частной жизни проверяемого лица, если это не связано с выявлением, предупреждением, пресечением и раскрытием преступлений, а также выявлением и установлением лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших, и другими законными задачами и основаниями оперативно-розыскной деятельности. При этом согласно абз. 4 ч. 7 ст. 5 органам (должностным лицам), осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, запрещается разглашать сведения, которые затрагивают неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя граждан и которые стали известными в процессе проведения оперативно-розыскных мероприятий, без согласия граждан, за исключением случаев, предусмотренных федеральными законами (в данном случае, если они относятся к преступному деянию).

Кроме того, оспариваемое положение ч. 1 ст. 6 следует рассматривать в единстве с предписанием ч. 2 ст. 8 о том, что проведение оперативно-розыскных мероприятий, которые ограничивают конституционное право граждан на неприкосновенность жилища, допускается на основании судебного решения и при наличии информации: о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, по которому производство предварительного следствия обязательно; о лицах, подготавливающих, совершающих или совершивших противоправное деяние, по которому производство предварительного следствия обязательно; о событиях или действиях, создающих угрозу государственной, военной, экономической или экологической безопасности РФ. Как следует из ч. 2 ст. 8, при проведении любых оперативно-розыскных мероприятий, в том числе наблюдения, конституционное право гражданина на неприкосновенность жилища не может быть ограничено без судебного решения.

Проникновение в жилище помимо воли проживающих в нем лиц возможно только в случаях, установленных федеральным законом. Поскольку подзаконные акты принимаются на основании и во исполнение федеральных законов, они не могут устанавливать случаи подобного рода.

Конституция, провозглашая в комментируемой статье неприкосновенность жилища, вместе с тем допускает возможность ограничения права граждан на неприкосновенность жилища, но не иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения. Именно такой случай и предусмотрен ст. 75 Закона об исполнительном производстве, которая направлена на судебную защиту прав взыскателей в стадии исполнения судебного решения и не может расцениваться как нарушающая конституционные права заявителя (Определение КС РФ от 21.12.2004 N 425-О, касающееся положений ст. 9.1 Закона РФ «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» и п. 2 ст. 75 Закона об исполнительном производстве*(257)).

В целях выполнения возложенных на милицию обязанностей п. 18 ст. 11 Закона о милиции ее сотрудникам предоставляется право беспрепятственно входить в жилые и иные помещения граждан и осматривать их, но только в строго ограниченных случаях: при преследовании лиц, подозреваемых в совершении преступлений; при наличии достаточных данных полагать, что в помещении совершено или совершается преступление, произошел несчастный случай; для обеспечения личной безопасности граждан и общественной безопасности при стихийных бедствиях, катастрофах, авариях, эпидемиях, эпизоотиях и массовых беспорядках.

Таким образом, законодатель, в соответствии со ст. 25 Конституции устанавливая федеральным законом условия, при которых допускается проникновение работников милиции в жилище против воли проживающих в нем лиц, исходит из того, что подобные действия вызываются необходимостью принятия именно оперативных, не терпящих отлагательства мер по защите жизни, здоровья, достоинства, личной неприкосновенности (ст. 20-22 Конституции), иных прав и свобод граждан. Это согласуется с положениями ч. 3 ст. 55 Конституции и не нарушает справедливый баланс между правами граждан и правомерными интересами общества и государства, основанный на конституционно значимых целях и ценностях, защищаемых Конституцией (Определение КС РФ от 06.03.2001 N 61-О, касающееся п. 18 ст. 11 Закона о милиции)*(258).

Проникновение в жилище помимо воли проживающих там лиц допускается в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения. По буквальному смыслу нормы становится возможной выдача судебного решения на основе прямого действия комментируемой статьи в случаях, не установленных законом. Существует и иное представление о данной норме. И.Л. Петрухин считает, что на самом деле смысл этой нормы состоит в том, что закон должен предусматривать все случаи правомерного проникновения в жилище, но в некоторых из них требуется еще, чтобы было выдано судебное решение*(259). Полагаем, что с учетом признания «горизонтального эффекта» действие комментируемой нормы в отношениях между частными лицами, когда федеральный закон не в состоянии охватить все возможные ситуации, в условиях пробельности, конституционная гарантия в виде необходимости получения судебного решения в случаях, не установленных законом, не лишена смысла. Судебное решение представляет собой форму судебного контроля за законностью (правомерностью) проникновения в жилище помимо воли проживающих там лиц.

В упомянутом выше Определении от 14.07.1998 N 86-О «По делу о проверке конституционности отдельных положений Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» по жалобе гражданки И.Г. Черновой» Конституционный Суд обратил внимание на особый характер полномочий суда по осуществлению процедуры независимого одобрения оперативно-розыскных мероприятий, связанных с ограничениями конституционных прав граждан, указав при этом на то, что предусмотренные его ст. 9 правила судебного рассмотрения и соответствующая процессуальная мера (санкция судьи) связаны с решением задач уголовно-правового характера, хотя сама по себе данная процедура не является ни судебным разбирательством, ни даже подготовительными действиями к судебному заседанию. Открытости, гласности и состязательности сторон в этом процессе быть не может, ибо в противном случае негласные по своему характеру оперативно-розыскные мероприятия стали бы просто невозможны, а сама оперативно-розыскная деятельность утратила бы смысл. Именно поэтому судебное решение выдается органу — инициатору проведения оперативно-розыскных мероприятий и не выдается проверяемому лицу.

Вместе с тем поскольку в этой процедуре суд общей юрисдикции действует непосредственно в силу требований ч. 2 ст. 23 и ст. 25 Конституции и в рамках, определяемых ее ст. 46, 118 и 126, его решения, их содержание и форма должны отвечать общим требованиям, предъявляемым к любым процессуальным решениям, которые должны быть законными, обоснованными и мотивированными. Часть 4 ст. 9 Закона об ОРД прямо предусматривает, что по результатам рассмотрения материалов об ограничении конституционных прав граждан на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электрической и почтовой связи, на неприкосновенность жилища при проведении оперативно-розыскных мероприятий судья выносит мотивированное постановление, заверенное печатью, которое выдается инициатору проведения оперативно-розыскного мероприятия. Каких-либо предписаний, освобождающих суд от выполнения требования о мотивированности вынесенного решения, оспариваемая норма не содержит.

Смотрите еще:

  • Вакансии на госслужбе в рязани Вакансии на госслужбе в рязани Деятельность по профилю организации Главный государственный налоговый инспектор Прием документов заканчивается через 1 день Межрегиональная инспекция Федеральной налоговой службы по Уральскому федеральному округу Свердловская область, Екатеринбург от 18 […]
  • Мировой суд в долгопрудном участок 297 Мировой суд в долгопрудном участок 297 Долгопрудненский городской суд Адрес: ул.Первомайская, 13/3 Телефоны: 408-70-11 (Отдел делопроизводства), 408-86-44 (Председатель), 408-66-45 Часы работы: Пн - Чт 9.00-18.00, Пт 9.00-16.45 (обед 13.00-14.00) Отдел делопроизводства (Канцелярия): часы […]
  • Статья 12 40-фз Статья 12 40-фз Автострахование Жилищные споры Земельные споры Административное право Участие в долевом строительстве Семейные споры Гражданское право, ГК РФ Защита прав потребителей Трудовые споры, пенсии Главная Закон об ОСАГО № 40-ФЗ Закон об […]
  • Покрытие страховки по осаго Максимальное возмещение ущерба по ОСАГО при ДТП В автостраховании в 2017—2018-м году произошло достаточно много изменений. В частности, меняются обязанности участников ДТП, сроки и размер выплат. Обязательно нужно знать все правила и в точности им следовать, чтобы в полной мере получить […]
  • Норма жилой площади для инвалидов 1 группы Полагается ли социальное жилье инвалиду 1 группы? Добрый день! Мой молодой человек инвалид 1 группы, пострадал в дтп (перелом позвоночника). Своего жилья у него нет, прописан в доме у сестры. В 16 лет остался без родителей, сестра взяла над ним опеку. Сейчас ему 25. Полагается ли ему […]
  • Как написать заявление на детский лагерь Как отправить ребёнка в лагерь через портал госуслуг: инструкция Лето, кажется, снова задерживается, но распределение путёвок в детские лагеря уже началось. В этом году с 1 по 17 апреля можно приобрести путёвки в загородные лагеря, с 25 апреля по 15 мая в санатории, и с 1 апреля по 10 […]
  • Статья 23 федерального закона о трудовых пенсиях 173-фз Федеральный закон от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" Федеральный закон от 17 декабря 2001 г. N 173-ФЗ"О трудовых пенсиях в Российской Федерации" С изменениями и дополнениями от: 25 июля, 31 декабря 2002 г., 29 ноября 2003 г., 29 июня, 22 августа […]
  • Статья 68 конституции рф Статья 68 Конституции Российской Федерации Последняя редакция Статьи 68 Конституции РФ гласит: 1. Государственным языком Российской Федерации на всей ее территории является русский язык. 2. Республики вправе устанавливать свои государственные языки. В органах государственной власти, […]
Записи созданы 6584

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх